История сигар Нетаниягу – дело 1000. Часть 1-я

Автор Давид Фишер

Я получил много вопросов после моей 1-й статьи – Что сделал Стэнли Фишер за свои две каденции во главе Банка Израиля?

Почему шекель продолжает расти? Что стоит за таким прежде невиданным успехом? Почему все международные фонды продолжают вкладывать в Израиль?

Какое отношение к этому имеет Нетаниягу? Вот Бени Ганц утверждает, что это успех народа Израиля, а отнюдь не Нетаниягу. Что успех будет продолжаться при любом правительстве и при любом раскладе… Прав ли он? Прежде всего признание – Самый первый документ, который подписывают в крупных банках при поступлении на должность, это подписка о неразглашении. Это достаточно длинный договор. И в Израиле и в Штатах.

Так что утомлять вас финансовыми деталями я не буду. С другой стороны – Банк Израиля публикует ежегодно очень подробные финансовые отчеты. Также и за предыдущие годы.

Люди, которые умеют их читать, а в их число входят аналитики ведущих финансовых организаций мира, утверждают, что эти отчеты захватывают получше многих романов. Так что за деталями я любителей подробностей отправляю туда.

Для всех остальных я буду оставаться на общем, достаточно простом уровне. За последние 30 лет, благодаря единым компьютерным системам, рынок мировых финансов изменился до неузнаваемости. В течение доли секунды, каждый инвестор может перевести сотни миллионов из одного конца мира в другой простым нажатием кнопки компьютера. Заставить кого бы то ни было куда то вкладывать, практически невозможно.

В тот момент, когда курс валюты определяется правительством, как это было с шекелем многие годы, к такой валюте никто приближаться не хочет, не говоря уже о том, чтобы в нее вкладывать. Это было наследство, которое получил Нетаниягу в 2003 году, когда он стал министром финансов. К шекелю никто даже приближаться не хотел. Почему же так?

После правления Эхуда Барака в 1999-2001 годах, у шекеля была репутация валюты, которую печатают в зависимости от социалистических нужд, вне связи с его покупательными способностями.

Говоря по простому – единственной твердой стоимостью в шекеле была стоимость бумаги, на которой его печатали. Не удивительно, что даже в Израиле к шекелю граждане относились пренебрежительно, и все договора, включая на аренду, заключали в долларах. Квартиры тогда были дешевыми, потому что ни у кого не было денег их покупать по любой цене. Как все мы помним, при такой системе валютные запасы страны спустились ниже красной черты, и Израиль быстрыми шагами приближался к банкротству. Перед Нетаниягу стоял кардинальный вопрос – как вывести Израиль из кризиса?Недолгий перерыв в активной политической деятельности, который взял Нетаниягу после поражения в 1999 году, он использовал для поездок по большинству развитых стран.

Речь отнюдь не шла о туризме. В этих поездках Нетаниягу консультировался с ведущими специалистами и выступал с лекциями для очень избранных аудиторий — финансисты, политики, бизнесмены. За каждую лекцию Нетаниягу получал от ста до ста двадцати тысяч долларов.

Понятно, что слушатели на этих лекциях платили за право входа очень не слабо. Почему же эти уважаемые люди, которые обычно зря денег не тратят, платили такие высокие цены за обычную лекцию?
В этом то все дело. Это не были обычные лекции. Нетаниягу — прежде всего политический деятель. Очень рано в его карьере он понял – для того, чтобы быть избранным, необходимо говорить на языке избирателей. Быть на их уровне. Если они подумают, что кандидат в своей речи «возвышается»  над ними, они за него голосовать не будут.  В тот момент, когда Нетаниягу обращается к избранной аудитории, к людям которые знают об истинном положении в мире намного больше других, он говорит с ними по другому. Особенно это проявляется в его встречах с главами других государств. О чем же он говорит с ними? Следующую историю рассказал мне друг, который работал тогда в State Department, но она в свое время была достаточно широко известна.

В 1986 году друзья устроили Нетаниягу встречу с президентом Рональдом Рейганом чтобы дать на подпись его книгу о борьбе с террором, которая как раз тогда вышла в США. Рональд Рейган делал такие встречи раз в месяц. Он принимал 15 просителей — 4 минуты на каждого, подпись, фотография, следующий. Час президентского времени и все были довольны. Нетаниягу вошел в Овальный Офис и дверь за ним закрылась. Очередь засекла время на часах, 4 минуты. Прошло 10 минут, дверь все еще была закрыта. Через 20 минут в очереди началось недовольство.

Через 30 минут дверь все еще была закрыта. Секретарша вышла с объяснениями что у президента очевидно срочный кризис и придется назначать новые очереди для всех. Очередь осталась сидеть. Через 40 минут дверь открылась и из овального офиса вышел сам президент вместе с Нетаниягу. Оба улыбались. Правая рука президента обнимала плечо Нетаниягу. Рейган лично попросил секретаршу найти время в его плотном расписании. Он желает встречаться с Нетаниягу раз в месяц. Очередь осталась сидеть с раскрытыми ртами. Нетаниягу встречался с Рейганом ежемесячно до самого конца его каденции в 1988 году. В архивах Израильского МИДа хранится возмущенное письмо тогдашнего посла Израиля в Вашингтоне, где он жалуется на то, что 2-й секретарь посольства Беньямин Нетаниягу встречается с Президентом каждый месяц, в то время как он, посол, еще вообще не удостоился аудиенции с Президентом.

Во время кризиса 2003 года Нетаниягу понимал – единственная причина, по которой люди захотят вкладывать в экономику Израиля – это доверие к экономике страны. Если даже израильтяне переводят все свои сбережения в доллары, что можно ожидать от зарубежных инвесторов?  Нетаниягу снова отправился в полеты по финансовым столицам мира. На этот раз, в качестве министра финансов, лекций он уже не читал. Вместо этого он собирал уважаемые аудитории бизнесменов и объяснял им в подробностях основы его новой экономической политики для Израиля. Все встречи с Нетаниягу заканчивались одинаковым призывом к слушателям – вкладывайте в экономику Израиля. Сейчас самое лучшее время это сделать. Тот, кто сумеет использовать эту возможность, увидит благословение в бизнесе.

В 2005 году Нетаниягу сумел убедить Стэнли Фишера поддержать его призывы вкладывать в Израильскую экономику. В тот момент, когда Фишер бросил свой громадный авторитет вслед за призывами Нетаниягу, а также дал личный пример, ситуация начала изменяться. Финансовая ситуация Израиля начала изменяться сначала медленно, а потом… Что было потом, мы все уже знаем.

Один фундаментальный принцип мировой экономики был и остается неизменным – доверие к экономике страны основывается на доверии к ее руководству.  Когда Бени Ганц призывал нас вкладывать в его знаменитую компанию 5-е Измерение, сколько из вас купили его акции? Когда Бени Ганц, спотыкаясь и по телепромптеру, говорит нам о его новой экономической политике, сколько международных инвесторов ему доверяют?

Они задают вопросы – какая роль в новой экономике предназначается Ави Нисенкорну и его друзьям из Гистадрута?  Тем более что экономическая программа Бени Ганца основывается на социалистических принципах – отобрать чужие деньги налогами, а потом… Мол делить добычу потом они уже сами будут.

Как написано вначале – меньше доли секунды требуется сегодня инвесторам, чтобы перевести миллиарды их капиталовложений из Израиля куда нибудь еще.
А что бы вы сделали на месте инвесторов, после прихода к власти Бени Ганца и Яира Лапида? Лапид кстати тоже пробовал давать экономические лекции об Израиле за рубежом. Ходят слухи, что они были отменены из за недостатка слушателей.

А как же насчет обещаний Ганца раздать всем повышенные пособия и дешевые квартиры? Задайте ему один простой вопрос – после того, как доверие международных инвесторов к Израильской экономике рухнет, откуда у него будут деньги раздавать кому бы то ни было?

Фото: Пресс-служба канцелярии Премьер-министра

 

ОЦЕНИТЕ ЭТУ ПУБЛИКАЦИЮ

Рейтинг: / 5. Всего голосов:

Пока еще нет голосов! Будьте первым!

Translate
Skip to content